Когда лидер оппозиции, Петков, был арестован и предан суду (в июне 1947 г.), то М. Барнс, уже покинувший к тому времени пост политического представителя США в Болгарии, неоднократно порывался вернуться в Софию, чтобы спасти его. На совещании в Госдепартаменте, проходившем 9 июня под председательством Д. Ачесона, такая миссия Барнса была признана совершенно нецелесообразной.

В сентябре поверенный в делах в Софии сообщил в Государственный департамент, что миссию посещают болгарские граждане, связанные с оппозицией, один из них назвал себя руководителем «секретного подпольного союза Н. Петкова», включающего около 6 тыс. членов, он предложил американцам помочь в освобождении Петкова при перевозке его из тюрьмы в суд и в дальнейшем – помочь в организации бегства за пределы страны. Американские дипломаты отказались участвовать в данном мероприятии и 16 августа Петков был приговорен к смертной казни, а 26 августа ВНС приняло закон о запрещении и ликвидации парламентской фракции Петкова. Протесты США касательно «нарушения прав человека» не возымели ни малейшего эффекта, и уже 23 сентября приговор в отношении Петкова был приведен в исполнение: он был повешен.

Ответом американцев на это стало постоянное (и даже навязчивое) муссирование вопроса о нарушении условий мирного договора, прав человека, незаконной национализации болгарами американской частной собственности и прочих занимательных аспектов отношений США с Болгарией. Примерно в это же время представители США в Софии выдвинули тезис об «утрате Болгарией независимости».

Нельзя забывать и о том, что американцы видели народных фронтах скорее «широкую буржуазную коалицию, в которой есть две тенденции: левая, представляемая коммунистической партией, и правая, состоящая из других партий… Эти две тенденции должны уравновешивать друг друга».