Вопрос: какой путь должна избрать Россия – национальный или «западный», требовал оценки отечественного прошлого. Предметом резкой полемики становятся преобразования Петра I. Упрощая, можно выделить три точки зрения на деятельность великого реформатора. Первая – признание исторического значения его миссии в сочетании с глубоким интересом к допетровской России (ее придерживался А. С. Пушкин). Вторая – начинала отсчет «человеческой жизни» России именно с Петра, ценность допетровской эпохи категорически отрицалась (западники, в частности – А. И. Герцен). Третья точка зрения заключалась в признании пагубности петровских преобразований, насильственно лишивших Россию «самобытности», – ее придерживались славянофилы.

Историческая добросовестность, впрочем, побуждает славянофилов признать плодотворность культурных контактов с Западом, а глубинное патриотическое чувство не позволяет западникам полностью «отречься от своей самости».

Противоречие было разрешено гипотезой о пластичности русского характера, преобразующего заимствованное в самобытное.

В русле этих представлений и развивается русская историко-архитектурная наука.

Россия, позже других выступившая на историческую арену, в течение многих веков проходила ученичество у народов с более зрелыми цивилизациями. Поэтому русская архитектура есть конгломерат почерпнутых извне форм. Церкви наподобие башни: в Коломенском и Дьякове, в селе Беседах… это стиль фряжских зодчих, явившихся в XVI столетии».

Статьи-монографии, посвященные отдельным памятникам и ансамблям, однотипны по композиции: подробная историческая справка сведения о создании и перестройках здания, о его основателях и строителях, исторические факты, связанные с ним, затем описание, часто весьма подробное (материал, основная композиция, декор, состояние). Иногда, очень кратко, описывается конструкция. Каждая книга иллюстрирована перспективными видами памятников (работы Мартынова), в редких случаях – схемой плана.